История Франции

История Парижа

Голодный Париж

В начале лета смертность резко возросла, улицы города заполнили трупы.

Каждое утро находили 150-200 тел умерших от истощения. С голодом пришли разные болезни: вздутые от водянки животы были обычными среди горожан. Больше не проводили парадов в честь Лиги, не звучали песни, раздавались только стоны умирающих и больных. Делегация бедствующих парижан выскользнула из города, обошла оборонительные сооружения и прибыла к королю с прошением о помиловании. Генриха тронуло состояние голодных просителей, и он дал разрешение покинуть город трем тысячам, сильнее других пострадавшим во время осады. На следующий день почти четыре тысячи человек вышли из города и попыталось уйти, но войска Генриха отогнали примерно восемьсот лишних беженцев, которые вернулись обратно, на верную смерть.

Жизнь ухудшалась с устрашающей скоростью. Бедные и голодные горожане ночами пробирались на кладбища. Они выкапывали кости, мололи их в муку и пытались печь из нее хлеб. Большинство же просто ели эту пыль, которая называлась «хлебом мадам Монпансье», по имени фанатичной католички, танцевавшей на улицах города на празднике в честь смерти Генриха III.

Ужасные последствия голода проявлялись и по-другому. Однажды утром граф де Намюр выходил из дома, чтобы проинспектировать стены города. Охранник предупредил его, что идти в сторону улицы Фран-Буржуа не стоит:«Там змеи и ядовитые гады поедают мертвую женщину», — сообщил испуганный слуга. И такие голодные галлюцинации были обычным делом. Отчеты сообщали о каннибализме, царившем во всем городе. Возможно, самая печальная история из всех повествует об аристократке-вдове, у которой двое детей умерли от голода.

Не имея возможности купить хлеб, она и ее горничная зажарили детей и две недели со слезами на глазах питались ими. Затем спустя несколько дней обе женщины умерли. «В начале осады парижане были исполнены гордости и достоинства, — писал современник, — но быстро дошли до жалкого состояния: ели кожаную утварь и друг друга. За три месяца умерло более ста тысяч человек. На улицах росла трава, лавки были закрыты, ничто не двигалось. В городе царили ужас и тишина».