История Франции

История Парижа

Памятник концу времен

Один из сюжетов, развернутых в романе «Собор Парижской Богоматери», затрагивает мистическую ауру, присущую собору. Подобно прочим прогрессивным мыслителям XIX века, Гюго сочетал почти слепую веру в силу науки с интересом к оккультизму.

В 1830-х годах к работам над собором привлекли архитектора Эжена Эммануэля Виолле-ле-Дюка. Под присмотром специально образованной комиссии, в которой состоял и Виктор Гюго, архитектор завершил реконструкцию к 1846 году. Несколько лет проект реконструкции критиковали за излишнее копирование средневекового готического стиля. Но справедливости ради стоит заметить, что средневековые фантазии пробуждаются при одном только виде древних камней.

Более всего Гюго занимала старинная легенда о том, что архитектура храма является примером воплощения сакральной геометрии. Так, молва утверждала, что окна, двери, главные входы и характер постройки в целом — это аллегорическая проекция тайн древней науки, которую иногда называют духовной алхимией или герметической философией.

Воплощением зла в романе Гюго является священник Клод Фролло, попытавшийся разгадать тайну центральной части собора — символического портала. Здесь Фролло «даже поставил свою душу на карту ради того, чтобы принять участие в мистической трапезе алхимиков, астрологов и герметиков за столом, во главе которого в Средние века стояли Аверроэс, Гильом Парижский и Никола Фламель, а с другого края — затерявшийся на Востоке и освещенный семисвечником Соломон, Пифагор и Зороастр». Интерес Фролло к оккультной философии привел к трагедии, на примере этого персонажа Гюго показал беспомощность человека перед силами, движущими вселенной.

Традиции подобного мировоззрения существовали на протяжении всей христианской истории и восходят к дохристианским временам, к эпохе греческих мифов, к поклонению почитавшемуся алхимиками Гермесу Трисмегисту, иначе египетскому Тоту, богу магии и письма, которому приписывалось авторство множества текстов, каковые маги Средневековья и Возрождения применяли в качестве наставлений для экспериментов и изысканий. Целью устремлений алхимика считалось получение философского камня, иногда именуемого также «зеленый лев». Говорят, что угол, под которым внутрь собора смотрит статуя ворона на левом портале, указывает точное местонахождение философского камня, якобы спрятанного в здании одним из первых епископов собора Гильомом Парижским.